История: Национально-государственные процессы на Северном Кавказе в 1917-1919 гг.

Написал admin, 4 сентября 2011
Кажаров А.Г.
к.и.н., доцент КБГУ


К постановке проблемы

Национально-государственное развитие народов Северного Кавказа в условиях революции и гражданской войны принадлежит к числу традиционных проблем исследования в отечественном кавказоведении. Советская историография внесла существенный вклад в изучение проблем национально-государственного строительства горских народов, которое представлялось как целенаправленный и последовательный процесс эволюции форм государственности в рамках реализации концептуальных установок советской власти о праве наций на самоопределение: от Терской республики через Горскую АССР к национальным автономиям. В таком контексте начало национально-государственных процессов относилось к 1918 г., когда в регионе определенные политические структуры и социальные силы признали советскую власть и была провозглашена Терская Республика.

В постсоветский период начинается новый этап исторической рефлексии проблем государственно-политических процессов в регионе. Сущностью и результатом исследовательских изысканий стали введение в научный оборот большого массива новых архивных документов и материалов, переоценка многих прежних установок и проблемно-хронологическое расширение предметного поля научных исследований.

Однако по сравнению с советским этапом развития кавказоведения, когда существовала четко сформулированная концепция национально-государственного развития народов Северного Кавказа, современная историография рассматриваемой проблемы лишена качественно новой теоретической базы. Более того, критикуя концептуальные установки советской историографии, современные исследователи практически пользуются тем же понятийно-категориальным аппаратом, и, что самое главное, идеологические стереотипы также пронизывают их научную продукцию.

Тем не менее, необходимо признать факт изучения целого исторического пласта, связанного с либерально-демократическим направлением этнополитических процессов на Северном Кавказе в условиях революции и гражданской войны. Научная значимость новых исследований заключается в изучении таких проблем, которые в силу объективных обстоятельств были обойдены вниманием или негативно оценивались в предшествующий период.

Значительный интерес вызывают политические процессы, инициированные на Северном Кавказе в результате февральских событий 1917 г. в России. Ключевыми проблемами для современных исследователей являются образование Союза объединенных горцев, проведение первого съезда народов Северного Кавказа, принятие им Политической программы и Конституции Союза объединенных горцев.

Попытки представителей горской интеллигенции консолидировать народы региона для выработки четкой и согласованной позиции по актуальным проблемам социально-экономического, политического и культурного развития горских народов интерпретируются как начало национально-государственных процессов на Северном Кавказе.

Вместе с тем, есть немало проблем, нуждающихся в кропотливом изучении и существенном дополнении или обосновании. К ним, несомненно, относятся политико-идеологическая сущность Союза объединенных горцев, предпосылки и начало функционирования Горской республики, реакция Временного правительства на этнополитическое позиционирование горской интеллигенции, отношение народов региона к идее и результатам реализации общегорской формы политической самоорганизации, механизм осуществления власти Горского правительства на местах, взаимоотношение и взаимовлияние Горской и Терской республик и т.д.

На наш взгляд, одной из основных фундаментальных проблем современной историографии государственно-политических процессов на Северном Кавказе является искусственный разрыв в изучении альтернатив национально-государственного развития горских народов, инициированных Февральской и Октябрьской революциями.

В данной связи, необходимо отметить, что вовлечение Северного Кавказа, как и других частей бывшей империи, в революционный политико-идеологический процесс нельзя воспринимать как единовременный акт, произошедший сразу же после победы определенных политических сил в столицах. Разграничивать Февраль и Октябрь в регионе, как это происходило в Центре, невозможно. Идейно-политические течения, олицетворяемые двумя революциями в России, не сменяли, а взаимодополняли друг друга на Северном Кавказе. Национально-государственный контекст при этом характеризовался диалектическим единством альтернативных форм национально-государственной автономии горских народов. Союз объединенных горцев и Горская республика воплощали либерально-демократическую альтернативу, а Терская республика — большевистский проект. При этом необходимо подчеркнуть тот факт, что в основе указанных альтернатив лежало движение региональных национально-политических сил, имевших разные представления о проблемах и задачах, стоявших перед народами Северного Кавказа.

Идейно-политическое противопоставление разных этапов одной цепи исторической революционной траектории, определяющее характер реконструкции и интерпретации национально-политических процессов в период революции и гражданской войны на Северном Кавказе, может привести к искажению реальной исторической действительности. Необходимо комплексное исследование различных направлений национально-государственных процессов в регионе во взаимосвязи и взаимозависимости. В пользу данного тезиса свидетельствует хотя бы тот факт, что Горская и Терская республики были провозглашены в одно время и претендовали практически на одну и ту же часть территории Северного Кавказа. Естественно при этом необходимо учитывать идейно-политическое противоречие обеих республик, но возводить это обстоятельство в абсолют и искусственно разграничивать их в исследовательском плане контрпродуктивно с научно-исторической точки зрения.

Союз объединенных горцев и проблема автономии народов Северного Кавказа

Ко времени Февральской революции 1917 г. немногочисленная интеллигенция народов Северного Кавказа фактически оказалась в стороне от политических процессов в России. Она не была в массовом порядке вовлечена в существовавшие российские политические партии, но и не сумела организовать национальную партию, которая отстаивала бы интересы горских народов. Ее представители также не были допущены к органам имперской власти и управления в регионе. Поэтому опыта политической борьбы или административного управления горская интеллигенция не имела.

При этом представители горской интеллигенции на страницах печати принимали активное участие в обсуждении актуальных проблем жизни народов Кавказа. В поле их зрения находились вопросы аграрных отношений, развития образования, здравоохранения и т.д. По-видимому, некоторые из них также задумывались и об этнополитических проблемах. Это касалось в первую очередь корректировки административно-политического статуса региона в рамках Российской империи. В.Г. Джабагиев в 1905 г. высказывал мнение о целесообразности и необходимости «автономного самоуправления» Кавказа, которое, по его мнению, будет способствовать национальному возрождению горских народов.1

Анализируя взгляды представителей горской интеллигенции в предреволюционный период, необходимо подчеркнуть, что они видели решение существующих проблем в рамках российской государственности. Но тезис об «автономном самоуправлении» помимо всего прочего означал наличие определенных властных амбиций, реализация которых, учитывая характер национальной политики самодержавия на Северном Кавказе, была возможна лишь при исключительных обстоятельствах.

Февральская революция 1917 г. стала таким «исключительным обстоятельством». Она не только положила начало распаду Российской империи, но вовлекла в политический процесс горскую интеллигенцию, которая, таким образом, встала у истоков национального движения на Северном Кавказе. Ее представители считали, что Февральская революция 1917 года дала надежду горцам Северного Кавказа на национальное освобождение.2

Исторических причин и предпосылок для жесткого позиционирования в 1917 г. в национально-государственном смысле на Северном Кавказе не было. Во всяком случае, горская интеллигенция не являлась носителем таких идей. Сепаратистских настроений у них не было. Характер их политических действий в постфевральский период также подтверждает указанный тезис. 5 марта 1917 г. они объявили о создании Союза объединенных горцев. Для обсуждения всего комплекса проблем было также принято решение о созыве съезда народов Северного Кавказа и подготовлен ряд важных программных документов.3

С самого начала своей деятельности Союз объединенных горцев зарекомендовал себя активным политическим субъектом, ориентированным на конструктивный диалог со структурами и институтами официальной власти. Члены Союза объединенных горцев приняли непосредственное участие в конституировании местных органов Временного правительства и, тем самым, укрепляли новые государственно-политические реалии в регионе.

На первом съезде народов Северного Кавказа в мае 1917 г. проблема автономии звучала, но она не стояла в плоскости немедленной практической реализации или провозглашения. Более того, эта проблема напрямую связывалась с решением будущего Учредительного собрания.

Один из основателей Союза объединенных горцев Б. Шаханов говорил на первом съезде горских народов в мае 1917 г.: «Мы пойдем теперь рука об руку с великим русским народом, который провозгласил свободу и равенство всех народностей России. Различные народности России, объединенные в одно государственное целое, имеют свои культурные и национально-духовные особенности. Свободное государство даст возможность всем входящим в нее народностям устроить свою жизнь на началах полного самоуправления, самоопределения и автономии. Но пределы и характер этой автономии определяются Учредительным собранием и расширение этих границ до желательных для отдельных народностей пределов дается не без борьбы с элементами, стремящимися к сохранению наибольшей власти за Центральным правительством в ущерб окраинам. Поэтому мы, горцы, должны явиться в Учредительное собрание во всеоружии, как объединенная мощная организация, для того, чтобы отстоять такую форму республики, которая даст нам наиболее широкое самоуправление, широкую автономию».4

В таких условиях важное значение приобретает анализ политики Временного правительства в национальном вопросе. В Декларации о его составе и задачах от 2 марта 1917 г., в которой перечислялись основные принципы деятельности, говорилось об отмене всех национальных ограничений. Но, видимо, это не имело отношения к проблеме автономии. При этом указывалось о необходимости «немедленной подготовки к созыву на началах всеобщего, равного, тайного и прямого голосования Учредительного собрания, которое установит форму правления и конституцию страны».5 Таким образом, проблемы административно-политического устройства являлись делом будущего.

Анализ программных установок политических партий по национальным проблемам свидетельствует об их негативном отношении к различного рода национальным автономиям. Во всяком случае, применительно к народам Северного Кавказа ни одна из существующих партий не допускала мысли о возможности предоставления каких-либо форм автономии.

Решение проблем государственного строительства на новых принципах, даже если бы этого и хотело Временное правительство, в условиях войны было невозможно. Россия и после Февральской революции продолжала принимать участие в мировой войне. С этой точки зрения Временное правительство представляется коллективным преемником Николая II, который в манифесте об отречении от Престола государства Российского указывал, что «...все будущее дорогого нашего Отечества требуют доведения войны во что бы то ни стало до победного конца».6 Такое мнение практически было и у многих членов Временного правительства, ни один состав которого не решился прекратить участие России в войне. А в условиях войны ни одно ответственное правительство не будет кардинально менять фундаментальные основы функционирования государства и проводить меры по его децентрализации.

Временное правительство, как и Петроградский совет, недооценивав и остроту национальных проблем. Тактика сдерживания и проволочек приводила к непрерывно нараставшей радикализации национальных движений на периферии.7

В таких условиях от способности Союза объединенных горцев содействовать в решении существующих проблем зависели политические перспективы народов Северного Кавказа.

На Северном Кавказе очень остро встал вопрос о земле, причем здесь он в первую очередь питал межнациональную рознь и вражду. Настойчивые требования о неотложном его решении звучали в Дагестане и Чечне. Осетии и Ингушетии, Карачае и Балкарии. Но «признавая в принципе, что земля должна принадлежать трудящемуся населению», съезд отложил решение аграрного вопроса до Учредительного собрания, выразив последнему пожелание, «чтобы при разрешении земельного вопроса «не был забыт шариат».8

Укреплению позиций горской интеллигенции не способствовало и начавшееся размежевание в среде Союза объединенных горцев. Представители исламских кругов Чечни и Дагестана всерьез были намерены восстановить на Северном Кавказе имамат — шариатское государство, видя в нем единственное средство преодоления анархии и распада. Интеллигенция резко выступило против этой перспективы и лишилось серьезной идеологической основы, способной консолидировать массы горского населения. Фактически это привело к расколу горское национальное движение.

К началу осени 1917 г. ситуация в общем в России начинает ухудшаться. Для исправления ситуации Временное правительство активизировало свою деятельность. В сентябре оно выступило с декларацией, в которой обещало народам России право на самоопределение на основах, которые будут выработаны Учредительным собранием.9 На взгляд А. Каппелера, этот документ появился слишком поздно.10

Временное правительство теряло свои позиции и на Северном Кавказе, что выражалось в ухудшении отношения к нему со стороны горской интеллигенции. Г. Бамматов после июльских событий 1917 г. заявил, что линия кадетов в области внутренней и внешней политики грозит совершенно дезорганизовать демократию, лишить революцию опоры.11

Глубокое разочарование результатами либерально-меньшевистского этапа революции 1917 г. звучало и в выступлении А. Цаликова на Демократическом совещании. Либерально-демократический проект провалился в целом и на Северном Кавказе. Но в регионе был заложен национально-государственный фундамент революционного процесса.

Государственно-политический раскол на Северном Кавказе

Свержение Временного правительства вызвало дальнейшее углубление кризиса власти на Северном Кавказе. Это было время, когда институты либерально-демократической власти практически были демонтированы, но конструирование органов власти леворадикальных сил еще не началось. В такой переходный период, характерными чертами которого были кризис и анархия, как ни странно, появились благоприятные условия для оформления и реализации национально- государственного потенциала горской интеллигенции и консолидации народов под знаменем Союза объединенных горцев. Поэтому Октябрьская революция все-таки стала событием, с которым связано начало национально-государственных процессов в регионе.

На антибольшевистской платформе были предприняты попытки объединения усилий с казачеством. 5 декабря была опубликована совместная декларация Войскового правительства и ЦК Союза объединенных горцев о создании с 1 декабря 1917 г. Терско-Дагестанского правительства, представляющее Терское казачье войско и Союз объединенных горцев Северного Кавказа, объявленные «автономными штатами» Юго-Восточного союза казачьих войск, горцев Кавказа и вольных народов степей.

Образование Терско-Дагестанского правительства, видимо, было политической ошибкой в условиях все продолжавшегося горско-казачьего конфликта. Не случайно после этого был убит один из лидеров терских казаков М.А. Караулов, со времени Февральской революции пытавшийся урегулировать проблемы горско-казачьих отношений. Мотивы его убийства заключались в том, что он якобы «продался азиатам», т.е. горцам. Не случайно, Б. Байтуган назвал его жертвой союза, выразившегося в создании Терско-Дагестанского правительства.12

Национальный вопрос, актуализировавшийся после Февральской революции как проблема взаимоотношений горских народов с казаками, во многом предопределил характер национально- государственных процессов на Северном Кавказе в постоктябрьский период.

Именно для решения этого вопроса, трансформировавшегося в конце 1917 г. в конфликт и кровопролитие, был созван первый съезд народов Терека, положивший начало большевизации региона и формировании советских форм национально-государственного устройства.

Инициатива проведения съезда народов Терской области принадлежала «военно-революционному комитету» Сунженского отдела. Необходимость съезда связывалась с тем, что в крае царят безвластие, насилие и произвол, а национальное движение туземных народов области — чеченцев и ингушей, вызвало кровавый пожар войны. Задачей съезда провозглашалось создание в крае твердой народной власти и прекращение «резни между казаками, солдатами, крестьянами, рабочими и туземными трудовыми народами!».13

Мотивы созыва съезда во многом характеризуют результаты деятельности всех политических сил в регионе, в том числе и Союза объединенных горцев, который не смог сформировать реально действенные структуры власти, способные решать существующие задачи.

Первый съезд народов Терека работал в Моздоке 25-31 января 191 8 г. и положил начало кристаллизации леворадикальных сил, признавших советскую власть в регионе.

С точки зрения анализа национально-государственных процессов важное значение имеет второй съезд народов Терека (февраль — март 1918 г.), который в ходе своей работы и в основных решениях довел до логического завершения те тенденции, которые обозначились на первом (Моздокском) съезде.

Особенное значение с точки зрения дальнейшего развития обстановки имело признание власти советов, установившейся в центре и принятие к руководству в области земельного вопроса положений Закона о социализации земли, утвержденного III Всероссийским съездом Советов.

Съезд избрал высшие органы власти и управления — Терский Народный Совет, в составе которого было предусмотрено специальное представительство от народов, населяющих республику и Совет Народных Комиссаров во главе с Буачидзе.

С самого начала происходит столкновение СНК Терской республики и Терско-Дагестанского правительства. В феврале 1918 г. Терский Совнарком своим декретом постановил, что «все декреты и распоряжения, издаваемые т.н. Терско-Дагестанским правительством, исполнению не подлежат». Орган советской власти объяснял это тем, что оно «несмотря на образование народной власти, продолжает издавать свои декреты и распоряжения и тем самым идет вразрез с волей народа, ясно выраженное на Моздокском съезде».

Весной 1918 г. «Союз объединенных горцев Северного Кавказа и Дагестана» предпринимает шаги для укрепления своих позиций. Но они были направлены не на создание внутренней опоры в массах горских народов, а на дипломатическое признание своего государственного статуса. В апреле Союз выступил с обращением к ряду государств Европы с просьбой о признании правительства Горской республики. Тогда же представитель германского правительства генерал фон-Лоссов, специально командированный на Кавказ, поставил перед Союзом объединенных горцев вопрос об образовании Горской республики для последующего признания ее участниками наме-чаемой в мае Батумской международной конференции.

11 мая 1918 г. на конференции было объявлено о создании Горской республики и о ее признании Оттоманской Турцией и Германией. В этот же день была принята «Декларация об объявлении независимости Республики Союза горцев Северного Кавказа и Дагестана (Горской республики)».

Легитимность объявления независимости Горской республики авторы Декларации обосновывали, во-первых, решениями съезда народов Северного Кавказа, состоявшегося еще в мае 1917 г., на котором было заявлено «об образовании Союза Горцев Кавказа». По мнению авторов Декларации, указанный съезд «вручил исполнительную власть настоящему правительству». Во- вторых, представители Союза объединенных горцев Северного Кавказа и Дагестана воспользовались «признанным самим Петроградским правительством правом за всеми народами бывшей империи царей свободно создавать свою политическую будущность».14

Существуют некоторые сомнения в обоснованности такой интерпретации Горским правительством решений указанного съезда, ибо со времени его работы произошли серьезные изменения как с точки зрения развития ситуации в регионе, так и отношения народов к существующим проблемам. Как известно, тот съезд высказался за неразрывную связь с революционной Россией. Поэтому можно сказать, что горская интеллигенция пошла на открытый разрыв с волеизъявлением горских народов. О слабой легитимной основе провозглашенной Декларации свидетельствует и тот факт, что состоявшиеся в начале 1918 г. два съезда народов Терека фактически подтвердили линию на союз с Россией. Признание советской власти и образование Терского совнаркома, т.е. правительства, является тому подтверждением. Однако эти обстоятельства не учитывались Союзом объединенных горцев.

Вызывает большой интерес, а каково было отношение самих горских народов к объявлению независимости. В это время легитимными структурами, выражавшими мнение горцев являлись народные съезды, Терский народный совет и СНК Терской области.

По этому вопросу была принята специальная резолюция Терского Народного Совета: «Терскому народному Совету из телеграмм стало известно, будто делегаты Северного Кавказа, находящиеся в Константинополе, объявили независимость Северного Кавказа и нотифицировали ее перед императорским турецким правительством и другими державами.

Терский народный Совет в составе фракций: чеченской, кабардинской, осетинской, ингушской, казачьей и иногородней удостоверяет, что народы Терского края никогда, никого и никуда для указанной выше цели не делегировали, что если отдельные лица, находящиеся ныне в Константинополе, выдают себя за делегатов народов Терского края и действуют от имени этих народов, то это является с их стороны не чем иным, как самозванством и авантюрой.

Терский народный Совет в составе перечисленных фракций заявляет, что народы Терского края составляют неотъемлемую часть Российской Федеративной Республики».

III съезд народов Терека, состоявшийся в Грозном в конце мая, принял резолюцию с подтверждением о признании советской власти. В нем говорилось, что «Терская республика в братском единении со всеми свободными народами и республиками Северного Кавказа и России и на платформе признания рабоче-крестьянской власти заявляет о своей нерасторженности с Российской Советской Республикой...».15

13 мая 1918 г. правительство Горской республики направило правительству РСФСР ноту о создании Горской республики и отделении ее от России.

В своем протесте от 15 мая Советское правительство отказало в признании независимости Горской республики, мотивируя свой отказ тем, что народы, проживающие на этой территории, на своих национальных съездах высказались за неразрывную связь с Российской Федерацией.16

Лидеры большевистской партии очень негативно высказались в адрес инициаторов провозглашение независимой Горской республики. В частности, Сталин в статье «Положение на Кавказе» от 23 мая 1918 г., акцентируя свое внимание на отсутствии политического авторитета их в регионе, назвал Чермоева и Бамматова, подписавших Декларацию о независимости, «воскресшими из мертвых», а Горское правительство «самозваным». При этом он также уделил большое внимание решениям съездов народов Северного Кавказа, признавших советскую власть.17

Несомненно, объявление независимости повлияло на политику советской власти в вопросах национально-государственного строительства народов Северного Кавказа. С учетом изменившихся условий ей необходимо было укреплять свои позиции в регионе. Объявление независимости Горской республики свидетельствовало о необходимости адекватного ответа в контексте национально-государственного строительства.

В мае 1918 г. представители большевиков на Северном Кавказе предпринимают активные шаги для консолидации народов региона под своими лозунгами. III съезд Советов по докладу Чрезвычайного комиссара Юга России Г.К. Орджоникидзе провозгласил образование Кубано- Черноморской Советской Республики, которая рассматривалась съездом в качестве составной части РСФСР.18

На этом съезде был поставлен вопрос об объединении всего Северного Кавказа в одну Советскую республику, а в июле 1918 г. на I Северо-Кавказском краевом съезде советов было принято решение об объединении Кубано-Черноморской и Ставропольской советских республик в Северо-Кавказскую республику. Но Терская советская республика оставалась самостоятельной.19

Терская республика имела стратегическое значение для центральной советской власти. Ее можно было противопоставить независимой Горской республике, ибо именно здесь были сконцентрированы многие горские народы.

К лету 1918 г. определяющим фактором положения всей страны уже была гражданская война. Непосредственное влияние на ситуацию на Северном Кавказе имели события на Волге, Дону и Кубани, интервенция Антанты в Закавказье. С этого времени обстановка в регионе, смена власти, характер режимов стали определяться общим ходом гражданской войны на Юге России.

Положение и Терской и Горской республик ухудшилось. Горское правительство пыталось найти поддержку в Германии и Турции. По-видимому, эти усилия не увенчались успехом. Дипломатический представитель Горского правительства Бамматов в письме председателю правительства Чермоеву писал, что «...у Германии, по-видимому, состоялось соглашение с Россией, неблагоприятное для нас. Германия получает свободу действий в Закавказье, отделение коего признается большевиками взамен невмешательства Германии в вопросе Северного Кавказа». Позиции Горского республики были ослаблены и появлением внутренних противоречий между членами ее правительства.

Не увенчались успехом переговоры между представителями Горской и Терской республик. В начале ноября 1918 г. комиссары Терской республики прибыли в Тифлис для переговоров, которые велись в течение трех дней. В них принимали участие Коцев и Джабагиев. Представители Горского правительства выдвинули неприемлемые для большевиков требования об отказе от советской власти, уничтожении совдепов, признание лишь рабочих профессиональных союзов и независимость Северного Кавказа.20

Оккупация территории Северного Кавказа Добровольческой армией в феврале 1919 года фактически положила конец и Терской и Горской республикам. При этом обращает на себя внимание то обстоятельство, что именно идея независимой государственности фактически была обречена на неудачу. Б. Байтуган отмечал теоретическую неразработанность идеи независимости и отсутствие для ее практического проведения «организационных кадров».21 Однако более значимым обстоятельством, повлиявшим на ее судьбу, представляется отсутствие прочной социальной базы для реализации такого государственно-политического проекта.


Примечания

1. Долгиева М.Б. Жизнь, творческое наследие и эволюция взглядов Вассан-Гирея Джабагиева. Назрань, 2000.

2. Яндиева М., Газиков Б. Ингушская политическая публицистика 50-х гг. В.-Г. Джабагиев на страницах журнала «Свободный Кавказ» // http://www.ingushetiya.ru/

3. Терский вестник. 1917, 6 мая.

4. Исторический очерк о горских народах Кавказа в период мировой войны. Нальчик, 2006. С. 46.

5. Россия. XX век. Документы и материалы: Кн. 1. М., 2004. С. 117-118.

6. Там же. С. 119.

7. Каппелер А. Россия — многонациональная империя. Возникновение. История. Распад: Пер. с нем. М., 1996. С. 293-294.

8. Тахо-Годи А. Революция и контрреволюция в Дагестане. Махачкала, 1927. С. 15.

9. Исхаков С.М. Российские мусульмане в социальных и межнациональных отношениях 1917 года России // Россия в XX веке: Проблемы национальных отношений. — М., 1999. С. 264-265.

10. Каппелер А. Указ. соч. С. 294.

11. Союз объединенных горцев Северного Кавказа и Дагестана (1917-1918 гг.), Горская республика (1918-1920 гг.). (Документы и материалы). Махачкала, 1994. С. 29, 63-66.

12. «Кристаллизация» горского освободительного движения. Размышления Б. Байтугана об истории мусульман Северного Кавказа и Дагестана // Вопросы истории. 2001. № 5. С. 25.

13. Документы по истории борьбы за советскую власть и образования автономии Кабардино-Балкарии (1917-1922 гг.). Нальчик, 1983. С. 66-68.

14. Тахо-Годи А. Указ. соч. С. 61-62.

15. Борьба за советскую власть в Северной Осетии (1917-1920 гг.). Орджоникидзе, 1957. С. 98.

16. За власть Советов! Документы и материалы из истории гражданской войны в Чечено-Ингушетии. Грозный, 1967. С. 20.

17. Сталин И.В. Положение на Кавказе. 23 мая 1918 г. //Сочинения. Т. 4. М.; 1947. С. 97-98.

18. Чистяков О.И. Становление «Российской Федерации» (1917-1922). Издание 2-е, репринтное. М., 2003. С. 84.

19. Озова Ф.А. Северо-Кавказская республика: причины возникновения и ликвидации // Национально-государственное строительство в Российской Федерации: Северный Кавказ (1917-1941 гг.). Майкоп, 1995. С. 44-45.

20. Союз объединенных горцев Северного Кавказа и Дагестана...С. 9.

21. «Кристаллизация» горского освободительного движения...С. 19.


Источник:
Материалы международной юбилейной научной конференции
«Россия и Кавказ» (Владикавказ, 6-7 октября 2009 г.). Стр. 106 - 113.
при использовании материалов сайта, гиперссылка обязательна

Похожие новости:

  • Страницы истории Чечни в двадцатые годы XX столетия
  • Завершение вхождения Северного Кавказа в состав России. Итоги.
  • Изучение истории взаимоотношений Дагестана и республик Северного Кавказа в 1990-2004 г.
  • Проблемы формирования системы автономий на Северном Кавказе в начале 1920-х годов
  • Общественный строй горских («вольных») обществ Северо-Восточного и Северо-Западного Кавказа XVIII — первой пол. XIX в.
  • Хозяйственный строй «вольных» обществ Северо-Восточного и Северо-Западного Кавказа накануне и в период Кавказской войны
  • «Перестройка» и распад СССР. Кавказ и угроза распада Российской Федерации
  • В Чечне пройдет юбилейный фестиваль мастеров искусств «Мир Кавказа»
  • Информация

    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

    Цитата

    «Что сказать вам о племенах Кавказа? О них так много вздора говорили путешественники и так мало знают их соседи русские...» А. Бестужев-Марлинский

    Реклама

    liex

    Авторизация

    Реклама

    слив этикетка;https://fashionkids.info детское модельное агенство Новосибирск;строби инструкция;Замена автостекла Астана;www.darinalux.ru файбер гель для наращивания ногтей купить

    Наш опрос

    Ваше вероисповедание?

    Ислам
    Христианство
    Уасдин (для осетин)
    Иудаизм
    Буддизм
    Атеизм
    другое...

    Архив

    Сентябрь 2017 (5)
    Август 2017 (3)
    Июль 2017 (1)
    Май 2017 (3)
    Апрель 2017 (5)
    Март 2017 (8)
      Осетия - Алания