Авторские статьи: Конфликты на Южном Кавказе: пути снижения межэтнической напряженности

Опубликовал admin, 29 мая 2010
И. Б. Санакоев
к.полит.н., старший научный сотрудник СОИГСИ (г.Владикавказ)

Конфликты на Южном Кавказе: пути снижения межэтнической напряженностиЮжнокавказские конфликты, несмотря на кажущуюся простоту и ясность, имеют довольно сложную природу и происхождение. Эта особенность обусловлена переплетением целого комплекса совершенно разнородных противоречий: исторических, политических, этнокультурных, конфессиональных, уходящих, как правило, корнями вглубь истории. Воздействие этих факторов привело к тому, что конфликты на Южном Кавказе изначально формировались и продолжают существовать как конфликты преимущественно ценностной природы, демонстрируя столкновение не столько интересов, сколько ценностных систем этнических групп - непосредственных носителей конфликтов.

Именно по этой причине южнокавказские конфликты не поддаются разрешению. Вот уже более 15-ти лет не видно существенного продвижения в плане их хотя бы частичного урегулирования. Стороны, вовлеченные в эти конфликты, как правило, с большим трудом идут на контакты друг с другом, отказываются от любых политических компромиссов, предпочитая использовать стратегию дистанцирования. Пробуксовывают и усилия многочисленных посредников, вовлеченных тем или иным образом в процессы урегулирования, и они также не справляются со своими задачами. И в этом отношении не просматривается совершенно никаких перспектив на будущее.

В то же время, на наш взгляд, не стоит излишне драматизировать положение в зонах этих конфликтов. Очевидно, что поиски эффективных моделей, способных кардинально переломить ситуацию, могут серьезно затянуться и поэтому не стоит возлагать больших надежд на успех в этом плане. Основную ставку по нашему мнению следует делать не столько на окончательное разрешение и урегулирование южнокавказских конфликтов, сколько на поиски наиболее эффективных путей снижения межэтнической напряженности, обеспечения мира и стабильности в регионе.

Неоценимую помощь в этом плане могло бы оказать создание любого рода свободных экономических зон, способствующих развитию экономического сотрудничества и торговли между конфликтующими сторонами как на бытовом, так и на правительственном уровне. При этом, безусловно, такое сотрудничество следует рассматривать не как какую-либо модель или путь разрешения этнического конфликта, а как определенный способ формирования устойчивых предпосылок и условий для налаживания мирного взаимодействия этносов в конфликтных зонах. По мнению исследователей, такое сотрудничество «способствовало бы изменению структуры конфликта в общественном мнении, этнические различия могли бы смягчиться и более активную роль стали бы играть профессиональные, производственные и другие идентификации. Этнические споры уступили бы место спорам производственным, проблемам прав и распределения, общим задачам экономического развития»1.

Следует опровергнуть некоторый пессимизм и скепсис, часто выражаемый в научных и политических кругах относительно того, насколько жизнеспособны могут быть экономические программы в зонах этнических конфликтов. На наш взгляд, экономические проекты могут и будут работать в конфликтных зонах при условии их продуманной организации и реализации. Во все времена даже в условиях крупномасштабных и ожесточенных военных столкновений примитивная торговля продолжала сохраняться и обеспечивать хотя бы минимальную жизнедеятельность воюющих сторон, когда все связи и налаженные каналы взаимодействия разрушались. К тому же, не секрет, что торговля и война идут рука об руку, поскольку сама война зачастую становится самым прибыльным бизнесом.

Экономические проекты наиболее успешными могли бы стать в зоне грузино-осетинского конфликта, поскольку здесь нет такого жесткого «разведения сторон» и контроля границ, как это имеет место в Абхазии и Нагорном Карабахе. При прекращении военных действий в зоне этого противостояния торговые отношения между осетинским и грузинским населением возобновляются практически моментально. Поэтому проект, в основу которого могла бы лечь идея создания межгосударственной зоны экономического развития, был бы здесь наиболее приемлем. В такую зону помимо предприятий Южной Осетии вошли бы предприятия прилегающих территорий Грузии и Северной Осетии.

Одним из важнейших результатов развития экономического сотрудничества в конфликтных зонах Южного Кавказа могли бы стать существенные перемены в общественном сознании конфликтующих этнических групп. К примеру, в случае успешной реализации экономических программ серьезной трансформации могла бы подвергнуться роль негативных стереотипов и образа врага, что способствовало бы сглаживанию конфликтного взаимовосприятия и укреплению толерантности в обществе. Такие перемены могут быть достигнуты в результате того, когда «в ходе решения совместных социально-экономических задач сформируются и люди, которые смогут преодолеть на основе своего индивидуального и группового опыта взаимодействия взаимное недоверие и решить со временем по-своему вопросы о границах, формах сосуществования и порядке государственного устройства»2.

Одним из ключевых механизмов деэскалации межэтнической напряженности и налаживания мирного взаимодействия в южнокавказском регионе может стать неофициальное миротворчество, или народная дипломатия. Как известно, у кавказских этносов с древнейших времен наряду с военной практикой активно развивались также и традиции примиренчества, когда «кавказская культура мира и связанные с ней процедурные механизмы становятся оборотной стороной ее воинственности и агрессивности, т.е. своего рода компенсаторным инструментом сдерживания агрессии»3. Поэтому, при условии умелой организации и использования этот механизм, без сомнения, имеет все шансы обрести благодатную почву на кавказской земле.

К примеру, в Абхазии, где со второй половины 1990-х гг. достаточно активно проводились неофициальные мероприятия в рамках народной дипломатии, стали укрепляться общественные настроения в пользу того, что мирный диалог соответствует интересам абхазов. По оценкам абхазских исследователей, «эта мотивация в условиях перманентных страхов и слухов по поводу возобновления войны является в большей степени следствием эффективности разнообразных программ в рамках неофициального урегулирования»4. Данные социологических исследований в Абхазии также показали достаточно высокий процент опрошенных респондентов среди населения и экспертов, высказавшихся в пользу неофициального урегулирования (30% и 65%). Отрицательное отношение при этом высказали соответственно 39,8% и 35%5.

Однако в целом следует признать, что неофициальное миротворчество пока ещё не очень далеко продвинулось в процессе урегулирования межэтнических отношений и тормозится рядом факторов и обстоятельств. В частности, немаловажную роль здесь играет деятельность медиаторов, которая нередко носит политически ангажированный характер, а по сути должна быть ориентирована исключительно на стимулирование инициативности участников процесса. Немаловажным препятствием результативности миротворческих инициатив становится также их недостаточно высокий уровень организации и проведения. Как правило, это приводит к тому, что «позиции, озвучивающиеся в двустороннем диалоге, довольно часто не отражают реальных предпочтений и настроений самого общества, что и приводит к отрыву неофициального миротворчества от реальной почвы конфликта, а иногда и к недоверию со стороны национальных элит и властей»6. Именно по этой причине неофициальная миротворческая деятельность зачастую вызывает негативное отношение внутри этнических сообществ, «обвинения в двойных стандартах и критику самого процесса народной дипломатии»7.

Восстановление системы мирного взаимодействия конфликтующих этнических групп может быть реализовано на практике лишь при непосредственном управляющем воздействии на конфликт внешних его участников - России и США. Эти страны обладают определенными рычагами воздействия на прямых субъектов противостояния и могли бы способствовать налаживанию мирного межэтнического взаимодействия в регионе. Однако следует признать, что на сегодняшний день посредничество России и США оказывает скорее деструктивное, чем конструктивное воздействие на общую динамику конфликта. Опыт 1990-х годов свидетельствует о том, что ни России, ни США не удалось нащупать оптимальные пути урегулирования южнокавказских этнических конфликтов. Проекты Д.Бодена для Абхазии, Баденский документ для Южной Осетии и работа Минской группы по Нагорному Карабаху не дали практических результатов, поскольку посредники заняты более проталкиванием своих интересов в регионе, чем урегулированием конфликтов.

Так, США стремятся закрепить свое экономическое и военное присутствие на Южном Кавказе, объявив его зоной своих жизненных интересов, и использовать этнические конфликты для активного проникновения в регион. Россия, в свою очередь, старается не сдавать и сохранить здесь свое былое присутствие и влияние. Поэтому вмешательство этих стран в процессы урегулирования этнических конфликтов становится практически частью глобального геополитического соперничества между Россией и США, «разногласия которых наиболее сильно проявляются на постсоветском пространстве»8. Отсюда сходство и отличия в позициях США и РФ в отношении урегулирования южнокавказских конфликтов. Общим для обеих стран является признание территориальной целостности южнокавказских государств. Отличия в том, что РФ рассматривает власти этих стран и непризнанные территории как равных партнеров, а США настаивает на разрешении конфликтов в интересах безопасности и сохранения территориальной целостности.

Наиболее отчетливо американо-российские разногласия проявились в зоне грузино-осетинского конфликта летом 2004 года. Правительство Российской Федерации, несмотря на различные прогнозы о том, что Россия, исходя из признания территориальной целостности Грузии, не будет вмешиваться в конфликт, заняло довольно жесткую позицию. Подобный поворот событий явился, скорее всего, реакцией на попытки грузинской стороны вытеснить РФ из процесса югоосетинского урегулирования. В этом контексте российские власти пытались урезонить грузинскую сторону и сохранить свое присутствие в Южной Осетии (миротворческий контингент). Так, российские СМИ указывали, что «Грузия фактически находится в состоянии, в котором она была до присоединения к России, т.е. 200 с лишним лет назад»9. Такая позиция подтверждалась и на официальном уровне в изложении российского президента: «Грузия - искусственно образованная республика, где отношения между осетинами и грузинами, грузинами и абхазами на протяжении веков были очень сложными»10. Факт же прихода к власти самого Саакашвили российский председатель Совбеза И.Иванов прокомментировал следующим образом: «Никаких «розовых революций» в Грузии не было, а был насильственный захват власти»11.

В отношении же югоосетинского урегулирования российская сторона сохраняла приверженность своей посреднической миссии и учету интересов всех сторон в зоне конфликта, справедливо считая, что «сдача Южной Осетии нанесет невосполнимый урон авторитету России в Северной Осетии и на Кавказе, а войну (между Южной Осетией и Грузией) все равно предотвратить не удастся. Для России потеря Южной Осетии - это есть потеря всего Кавказа»12. Поэтому российская позиция была официально сформулирована в заявлении представителя РФ в ПА ОБСЕ В.Кулакова: «Россия из Южной Осетии не уйдет»13. При этом в российских СМИ весьма активно стала обыгрываться тема возможного признания независимости Южной Осетии, для которого «у России есть веские основания: 1. территориальная целостность Грузии ни исторически, ни юридически не обоснована; 2. Южная Осетия вышла из состава ГССР еще до того, как Грузия стала независимым государством; 3. референдум 1992 года в Южной Осетии: 98% высказались за присоединение к России»14.

Более того, курс Саакашвили на открытую конфронтацию с Россией (угрозы топить российские суда и задерживать российских граждан, направляющихся на отдых в Абхазию) способствовал появлению в российской политической элите и СМИ открытых требований о том, что «России пора перейти к демонстрации силы в отношениях с Грузией»15, и что «Россия должна дать надлежащий силовой отпор Грузии»16.

Несмотря на то, что «России трудно самостоятельно урегулировать конфликты в СНГ»17, российское правительство также активно выступило против идеи интернационализации конфликта в Южной Осетии, поскольку, согласно экспертам, «если Россия допустит интернационализацию конфликта, то она начнет терять авторитет в СНГ»18.

Другая причина, подталкивающая Россию выступать против интернационализации формата переговоров по Южной Осетии — это угроза появления войск НАТО на ее южных рубежах. По мнению российских аналитиков, в случае реализации такой угрозы, т.е. «размещения войск НАТО в Грузии, Россия пойдет на признание независимости Южной Осетии и Абхазии»19. Именно по этой причине российское правительство «требует от Грузии подписать договор, гарантирующий, что после вывода российских баз на ее территории не появятся базы третьих стран»20.

Грузино-осетинское столкновение 2004 года продемонстрировало позиции еще одного, нового игрока. В раскладе сил летнего конфликта более или менее отчетливо обозначилась роль США, открыто заявивших о наличии в Закавказье своих «жизненных интересов». В этом отношении стратегический план США на 2005-2010 гг. «Project for New American Century» предусматривает вытеснение России из СНГ и ее развал21. По оценкам российских экспертов целью США является «создать по периметру границ РФ цепь недружественных государств, которые станут плацдармом для поддержки вооруженного сепаратизма в национальных регионах РФ. Это будет держать РФ в корсете этнических конфликтов»22. Отсюда становится понятным пристальный интерес США к направлению развития внутриполитической ситуации в Грузии, когда в полном соответствии со стратегическими целями США «революция роз» в Грузии стала частью плана «Project for New American Century»23.

Усиление роли США в Грузии дало повод многим аналитикам предсказывать её участие в той или иной форме в грузино-осетинском конфликте. Однако в этой ситуации позиции США отличались, как всегда, большим прагматизмом и осторожностью. Американское правительство, достаточно внимательно наблюдавшее за развитием летних событий вокруг Южной Осетии, не решилось открыто портить отношения с РФ из-за Грузии. Более того, внешнеполитическое положение самих США не позволяло им занять в этот момент более активную позицию в этом регионе.

Поэтому прогнозы американских экспертов о том, что «США не дадут себя вовлечь в еще один конфликт в Южной Осетии в условиях войны в Ираке и борьбы с международным терроризмом, когда ей нужна поддержка России»24, почти полностью подтвердились, и США не дали себя втянуть в летний конфликт. Администрация Буша была вынуждена открыто выступить против эскалации грузино-осетинского конфликта летом 2004 года25. Более того, в адрес грузинского руководства были направлены определенные претензии, предлагавшие «Саакашвили подумать о более умеренном курсе воссоединения страны»26.

Современная динамика внутренних социально-политических и внешних геополитических процессов в южнокавказском регионе указывает на то, что ни РФ, ни США не смогут в ближайшей и среднесрочной перспективе установить на Южном Кавказе свое исключительное доминирование. Поэтому было бы наилучшим вариантом для них перейти «вместо соперничества к стратегическому сотрудничеству с целью раздела сфер влияния»27. Это бы дало возможность наладить поиск наиболее эффективных путей конструктивной деэскалации этнических конфликтов. Такая задача могла бы быть решена в случае выработки общей платформы, полностью гарантирующей соблюдение прав и свобод всех заинтересованных сторон и способствующей предотвращению дальнейшей эскалации межэтнической напряженности в регионе.

Таким образом, на наш взгляд не следует излишне фатализировать ситуацию в зонах южнокавказских конфликтов. Умелое применение неполитических мер и методов воздействия на эти конфликты, может, и не приведет к разрешению всех проблем и противоречий, накапливавшихся веками, но, несомненно, будет способствовать эффективной деэскалации межэтнической напряженности, обеспечению безопасности и росту взаимного доверия между конфликтующими народами Южного Кавказа.


Примечания

1 А.Г.Плиев. Экономическое сотрудничество - путь преодоления межнационального противостояния на Кавказе // Бюллетень Владикавказского Института управления. 2003. №9. С. 10.

2 Там же.

3 Тания Л. И. Общественное мнение и грузино-абхазский миротворческий процесс // Новая Евразия: Россия и страны ближнего зарубежья: Сб. статей / Под ред. Е.М.Кожокина; Рос. ин- т стратегич. ис-след. М, 2002. Вып. 14. С. 82.

4 Там же, с. 92.

5 Там же, с. 80.

6 Тания Л. И. Тактические и стратегические подходы к проблеме урегулирования грузино-абхазского конфликта // Бюллетень Владикавказского Института управления. Владикавказ, 2004. №№ 11-12. С. 26.

7 Там же.

8 Качинс Э., Никонов В., Тренин Д.. Российско американские отношения: как добиться большего (Совместный доклад Центра Карнеги и Фонда «Политика») // http://www.kreml.org 21.01.2005.

9 Советская Россия. 2004. 14 августа.

10 Известия. 2004. 11 сентября.

11 Северная Осетия. 2004. 13 июля.

12 Александров М. Осетинский узел // Литературная газета. 2004. 11-17 августа.

13 Независимая газета. 2004. 20 августа.

14 Александров М. Осетинский узел // Литературная газета. 2004. 11-17 августа.

15 Кадохов В. К вопросу о природе и перспективах конфликта в Южной Осетии // Северная Осетия, 2004. 13 июля.

16 Александров М. Осетинский узел // Литературная газета. 2004. 11-17 августа.

17 Независимая газета. 2004. 20 августа.

18 Там же.

19 Александров М. Осетинский узел // Литературная газета. 2004. 11-17 августа.

20 http://www.kornmersant.ru: 12/08/2004.

21 Дугин А. Кровавые шахматы Кавказа // Северная Осетия, 2004. 13 августа.

22 Александров М. Осетинский узел // Литературная газета, 2004. 11-17 августа.

23 Дугин А. Кровавые шахматы Кавказа // Северная Осетия, 2004. 13 августа.

24 ЛозанскийЭ.,ШтраусА. Американские иллюзии Саакаш-вили // Известия, 2004. 20 августа.

25 Независимая газета, 2004. 20 августа.

26 Лозанский Э., Штраус А. Американские иллюзии Саакашвили // Известия, 2004. 20 августа.

27 Ливен А. Россия и США в Закавказье: уроки, которые следует извлечь // Россия: Ближайшее десятилетие: Сб. статей к десятилетию Московского Центра Карнеги / Под ред. Э.Качинса и Д.Тренина; Центр Карнеги. М.: Генгдальф, 2004. С. 130.


Источник:
Кавказоведение: опыт исследований
Материалы международной научной конференции (Владикавказ, 13-14 октября 2005 г.)
при использовании материалов сайта, гиперссылка обязательна

Похожие новости:

  • Мнения экспертов о развитии грузино-абхазского конфликта разделились
  • Грузия отказалась от участия в заседании СКК в Москве
  • В Южной Осетии осудили решение Грузии отказаться от формата СКК
  • Сергей Марков" Россия должна гарантировать Абхазии и Южной Осетии военную помощь"
  • Лавров: Грузия не стремится к мирному урегулированию в Абхазии и Южной Осетии
  • Российские миротворцы останутся в зоне грузино-осетинского конфликта до полного его урегулирования - Эдуард Кокойты
  • Бакрадзе: миротворцы изменили показания по вторгшимся в Грузию самолетам
  • Тхостов: создание временной администрации Южной Осетии - фантом
  • Информация

    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

    Цитата

    «Что сказать вам о племенах Кавказа? О них так много вздора говорили путешественники и так мало знают их соседи русские...» А. Бестужев-Марлинский

    Реклама

    liex

    Авторизация

    Реклама

    Наш опрос

    Ваше вероисповедание?

    Ислам
    Христианство
    Уасдин (для осетин)
    Иудаизм
    Буддизм
    Атеизм
    другое...

    Архив

    Декабрь 2018 (2)
    Ноябрь 2018 (7)
    Октябрь 2018 (3)
    Сентябрь 2018 (2)
    Август 2018 (8)
    Июль 2018 (2)
      Осетия - Алания