Авторские статьи: Глобализация и конкурентоспособность региона (На материалах РСО-А)

Опубликовал admin, 26 ноября 2011
Гадзаов Батырбек Михайлович
кандидат экономических наук, профессор, старший научный сотрудник Северо-Осетинского института гуманитарных и социальных исследований им. В.И.Абаева (г. Владикавказ).

В последние годы все актуальнее вторгаются в нашу жизнь, в наше сознание такие понятия и процессы, как интернационализация, интеграция, глобализация. И многие люди, читая газеты, слушая телевидение и радио, воспринимают эти понятия как нечто абстрактное, далекое, не касающееся нас, нашей жизни, благополучия каждого сегодня, тем более завтра.

Действительно, какая может быть связь, зависимость уровня жизни каждого из нас от степени глобализации экономических, социальных, политических, духовных процессов? А связь имеется: и непосредственная, и опосредованная. Чтобы разобраться в этом, следует уяснить: что вообще означает слово «глобализация»?

Глобализация - новая ступень интернационализации хозяйственных, всех общественных отношений в мире. Это растущая открытость стран, либерализация национальных режимов торговли, капиталопотоков, формирование глобального финансового рынка и всемирной информационной связи, взаимозависимости национальных экономик.

Мировая экономика сегодня - целостная экономическая система, где национальные границы все в большей мере размываются, отдельные страны оказываются составными элементами единого всемирного экономического организма.

Места в этой мировой системе никому не забронированы - их на всех не хватает. Для завоевания достойного места требуются огромные усилия, особенно на рынках растущих и перспективных. Слабых бьют, обижают. Сильные выигрывают, потому что зачастую действуют жесткие, часто аморальные, рыночные законы конкуренции.

Ввиду различий в системе ценностей и образа жизни, действий конкуренты часто не способны понять друг друга и прийти к согласию, конкуренция начинает носить надэкономический характер - идет борьба за навязывание миру своей модели развития, своего понимания общечеловеческих воззрений.

Логика глобальной конкуренции ведет к уничтожению менее эффекгивных производств и победе обладающих уникальными технологиями и наивысшей эффективностью. Как считают некоторые ученые и политики, более половины жителей Земли заняты в заведомо неэффективных, по их мнению, производствах. Так, М.Тэтчер и З.Бжезинский считают, что «на территории России экономически оправданно проживание только 15 млн. человек, занятых в сырьевых отраслях экономики, остальные не выдержат всемирной конкуренции в условиях глобализации».

Действительно, вступление России в Всемирную торговую организацию угрожает существованию многих неконкурентоспособных предприятий обрабатывающих отраслей. Этот процесс уже виден в условиях перехода от административно-командной системы к рыночной. Худо-бедно до 90-х годов существовали в условиях дефицита некоторые предприятия г. Владикавказа, А как только открылись двери для проникновения в республику более каче-ственных импортных товаров, не стало местных обувных, швейной, чулочно-трикотажной фабрик, кожзавода, в последние годы по ряду объективных и субъективных причин перестал функционировать ламповый завод. Сейчас серьёзно угрожает заводу «Победит» конкуренция со стороны китайских производителей подобной продукции. И это только начало. А что будет дальше? Как сложится судьба многих наших предприятий, производств, когда Россия вступит в ВТО, и процессы глобализации приобретут более интенсивный характер?

Поэтому я предлагаю: давайте посмотрим на себя, на свою деятельность с позиций конкурентоспособности: кто мы, какие можем выставить аргументы, чтобы поразить потребителей (покупателей) качеством, низкими издержками и, соответственно, доступной ценой своих товаров, рыночных услуг, другими видами своей деятельности?

Представьте, едешь в поезде, попадается спутник, не знакомый с Осетией, и спрашивает: «Откуда ты, что собой представляет твоя республика, что производит, эксплуатирует, чем можешь похвастаться, что может быть визитной карточкой?». Что скажем, о чем поведаем? Обо всем этом (и положительном, и отрицательном) рассказ впереди. Но сначала несколько пред-варительных замечаний методологического характера об аспектах рассмотрения проблемы конкурентоспособности вообще, и в том числе в РСО-А.

1 Субъекты конкурентной борьбы - физические, юридические лица (предприятия, организации, учреждения), отрасли экономики (соответственно министерства, комитеты, ведомства), разные уровни территории - село, административный район, город, республика, страна в целом.

2 Объекты конкуренции - ресурсы природные, материальные, трудовые, денежные, информационные, производимая продукция (товары), услуги, открытия, изобретения, научные идеи, новые технологии, знания, носители этих знаний и т.д.

3 Конкурентоспособность в пределах разных рыночных пространств: внутри республики, Южного Федерального округа, Российской Федерации, СНГ, на мировых рынках.

4 Конкурентоспособность рассматривается в самом широком плане, не только наших материальных благ, товаров, услуг материальных и нематериальных, непроизводственной сферы (науки, образования, здравоохранения, культуры, в том числе физической культуры и спорта), работников разного профиля - рабочих, ИТР, ученых, студенчества, управления всех уровней и т.д.

Итак, после этих методологических пояснений рассмотрим проблему конкурентоспособности в сфере материального производства, в его основной отрасли - промышленности, конкурентос-пособность которой определяется темпами роста, структурой, масштабами производства, издержками на единицу продукции, ее качеством.

Масштабы (объемы) промышленного производства, удельный вес субъектов Южного Федерального округа (данные 2004 года в процентах): Ростовская область - 27,6, Краснодарский край - 23,9, Волгоградская область - 22,2, Ставропольский край - 11,9, Астраханская область - 5,4, Северная Осетия - 2,5, Дагестан - 1,9, Кабардино-Балкария - 1,8, Карачаево-Черкесия - 1,3, Адыгея - 0,9, Калмыкия - 0,3, Ингушетия - 0,1.

Как видно, Северная Осетия по масштабам промышленности выглядит лучше, чем другие национальные республики, но это не должно нас утешать. Доля всех республик составляет менее 9% общего объема промышленного производства округа, поэтому их конкурентоспособность в целом по этой отрасли ничтожно мала.

Непосредственно о промышленности нашей республики:

Резко сократилась её доля в экономике в результате развала предприятий военно-промышленного комплекса; весьма уязвима ее структура - доля машиностроения и металлообработки составляет 6%. Фактически нет химической и нефтехимической отрасли, ее доля -1,1 %; лесной, деревообрабатывающей промышленности - 1,4%; отсутствует легкая промышленность -0,9%. Зато у нас самый высокий (после Адыгеи) удельный вес пищевой промышленности - 52,6%. А в ней самой доминирующее место занимает производство спирта, водки, ликеро-водочных изделий, игристых виноградных и плодово-ягодных вин.

В 1 квартале 2005 г. в РСО-А произведено: спирта - 1222 тыс. дкл (Москва - 117 тыс. дкл, Кабардино-Балкария - 1133 тыс. дкл), водки и ликеро-водочных изделий - 603 тыс. дкл (Москва - 1,9 млн. дкл, Московская область -5,1 млн. дкл, Кабардино-Балкария 1,1 млн. дкл). Вин шампанских, игристых, виноградных - 598 тыс. дкл (Москва - 562 тыс. дкл, Санкт-Петербург - 234 тыс. дкл, Краснодарский край - 102 тыс. дкл).

Как видим, в последние годы наращивает производство спирта, водки и ликеро-водочных изделий Кабардино-Балкария. Что касается шампанских, виноградных вин, Северная Осетия является одним из основных их производителей. И это неплохо. Плохо то, что невелико производство других видов продукции пищевой промышленности.

В 1 квартале производство минеральной воды составило всего 111 тыс. бутылок по 0,5 л (для сравнения: за этот период в Карачаево-Черкесии - 96 млн., в Ставропольском крае - 119 млн. полулитров). Кроме этого, у нас произведено только 24 тонны колбасных изделий, 1 (одна) тонна сливочного масла, 107 тонн растительного масла, 35 тонн сыров жирных, 22 тонны муки, всего 14 тонн кондитерских изделий. Объемы - более чем скромные.

Ослабляют наши позиции на рынке и очевидные тенденции снижения темпов экономического роста, особенно в промышленности. Вот среднегодовые темпы прироста в % (по отношению к предыдущему году): 1999 г. - 14, 2000 г. - 9, 2001 г. - 12, 2002 г. - 8,2, 2003 г. - 7,7,2004 г. - 4,2. А индекс промышленного производства за 2004 год и первые месяцы 2005 года ниже, чем хотелось бы. Так, в январе этого года в % к соответствующему периоду пpeдыдущего года он составил лишь 76,7, а за январь - апрель - 81,9. (Еще хуже было в январе - марте 2005 г. - 75,9%, но в апреле индекс составил 101,8%, и это немного улучшило показатели).

Почему же произошло такое падение индекса промышленного производства в новом, 2005 году? Причина не одна'. Первая, и главная, - с 1 января Федеральная служба государственной статистики и ее территориальные органы ввели новую систему учета и оценки эффективности работы предприятий, отраслей, субъектов не по всей стоимости продукции, а только по добавленной стоимости. А это всю картину меняет. (Кстати, не все руководители разного уровня еще осознали эту перемену и не поняли, что их деятельность будет теперь оцениваться не по старой перенесенной стоимости чужих средств производства, а по новой, добавленной ими самими, стоимости).

Вторая причина падения темпов по новой системе учетов коренится опять же в структуре промышленности, в резком снижении объемов производства в алкогольной отрасли. Так, в январе- апреле 2005 года, по сравнению с соответствующим периодом прошлого года, сократились объемы производства водки и ликеро-во- дочных изделий более чем наполовину (на 53,7%), шампанских и игристых вин - на 29 %, виноградных вин - на 43,7%. «Подвели» нас и некоторые другие отрасли: за 1 квартал 2005 года сократилось производство гофрокартона, изделий из пластмасс и стекла. В апреле, мае, июне ситуация в промышленности лучше, но не в такой степени, чтобы компенсировать отставание по сравнению с соответствующим периодом прошлого года. Такова весьма уязвимая структура нашей промышленности. Она складывалась десятилетиями. Особенно отрицательно сказался развал предприятий военно-промышленного комплекса после 90-х годов. Что-то на некоторых из этих предприятий делалось и делается, но рассчитывать на серьезные прорывы не приходится. Как же действовать?

Во-первых, не допускать уменьшения производства продукции алкогольной отрасли. Почему бы Северной Осетии не специализироваться на ней? Сделать это будет сложно в условиях острой, жесткой конкурентной борьбы, когда активно действуют и будут еще сильнее действовать внешние по отношению к республике и к ее предприятиям, не зависящие от нас факторы. Но делать это надо масштабно. Во-вторых, более быстрыми темпами развивать другие отрасли, то есть постепенно менять структуру, приспосабливая ее к изменяющимся в мире рыночным отношениям.

Самое главное - освоение производства новых видов конкурентоспособной продукции. (Кстати, раньше, даже в условиях административно-командной системы, был планово-отчетный показатель - сколько и каких новых видов продукции освоено за определенный период). Освоение новой продукции сразу и непосредственно сказывается и на ускорении темпов экономического роста. Это тем более важно, что наша республика по объему валового регионального продукта надушу населения значительно (до 40%) отстает от средних показателей Российской Федерации. И одна из главных причин этого - опять же в структуре и темпах развития экономики. Следовательно, нам нужен не всякий рост, а такой, который обеспечивался бы за счет прогрессивных структурных сдвигов инновационного, конкурентоспособного направления. Мы должны шагать в ногу со временем, не глотая пыль за уходящим поездом мировой цивилизации. Но по-осетински говорят: «Зæгъынæй æвзаг на риссы» (примерно по-русски: «от сказанного язык не болит»), Конечно, нужны перемены в структуре, но для этого требуется не год, а десятилетия. Главное - понимание, осознание такой необходимости, ежегодные действия по реализации хотя бы одного-двух научно-технических проектов.

Сельское хозяйство, агропромышленный комплекс - особая проблема, требующая специального исследования. Скажу только, что наши объемы производства, переработки, реализации сельскохозяйственной продукции явно незначительны даже в рамках Южного Федерального округа. Смотрите сами. Продукция сельского хозяйства в действующих ценах в 2004 году (в млн. руб.): ЮФО - 309683,1, Адыгея - 3671,3, Дагестан - 21841, Ингушетия 2002, Кабардино-Балкария - 15284,2, Калмыкия 3537, Карачаево-Черкесия - 5372,3, Северная Осетия - 8123,4, Краснодарский край - 103142,4, Ставропольский край - 46280,1, Астраханская область - 5209,3, Волгоградская - 37480,6, Ростовская - 57639,5.

Как видно, доля Северной Осетии в общем объеме сельскохозяйственной продукции Южного Федерального округа составляет менее 3%. Поэтому по своим масштабам наше сельское хозяйство не может составлять высокую конкуренцию в системе округа и, следовательно, в Российской Федерации.

За последние годы изменился и социально-экономический облик аграрного сектора республики. В аграрном секторе преобладает доля частной собственности и частных форм хозяйствования, многие колхозы и совхозы сохранили только название, они неспособны осуществлять процесс воспроизводства (даже простого, не говоря уже о расширенном), следовательно, о конкурентоспособности речи и нет. Поголовье скота не растет, материально- техническая база развалена, не завершена кадастровая оценка земли, без которой невозможна передача земли в аренду по кадастровой стоимости. Остро стоит вопрос и о воспроизводстве плодородия земель сельскохозяйственного назначения, о реформировании аграрного сектора, передаче земли наиболее эффективным землепользователям, оказании поддержки личным подворьям и фермерским хозяйствам, производящим сегодня подавляющую долю продукции: до 36% зерновых и зернобобовых культур, 89,5% картофеля, 87,4% овощей, 85,3% мяса, 89,2% молока, 83,7% яиц.

О степени конкурентоспособности нашего сельского хозяйства, без всяких статистических данных, может судить любой потребитель (покупатель). Мы в основном приобретаем не нашего республиканского производства муку, колбасы, кондитерские изделия, подсолнечное, животное масло, овощи. Следовательно, денежные ресурсы уходят за пределы Северной Осетии.

В значительной мере о спросе на наши товары, о их конкурентоспособности можно судить по объемам экспорта. Он составил (в тысячах долларов): в 2003 г. - 41242, в 2004 г. - 39090,8. Сальдо внешнеторгового оборота (импорт минус экспорт), к сожалению, отрицательное (ввозим больше, чем вывозим). Экспорт на душу населения в 2004 году составляет (в долларах): РСО-А - 55, Кабардино-Балкария - 11,8, Дагестан - 13,2, Адыгея - 12,2, Ингушетия - 0,9, Карачаево-Черкесия -21. Это по национальным республикам ЮФО, где Северная Осетия выглядит лучше всех. По остальным субъектам округа картина такова: Краснодарский край 177, Ставропольский край -151, Астраханская область - 203, Ростовская область - 332, Волгоградская область - 520 долларов. Но дело не только в объемах, аивтом, что, кем, куда экспортируется, имеется в виду продукция. Основные наши экспортеры: «Электроцинк» (свинец, цинк, изделия из них), «Победит» (вольфрам, молибден, магний, сплавы), «Кавдоломит» (доломит - на Украину), «Исток» (алкогольная продукция, уксус). В основном продукция вывозится в СНГ и некоторые другие страны (Нидерланды, Турция, США, Арабские Эмираты). В структуре экспорта, как в целом и по Российской Федерации, нет машин, оборудования, приборов, конечной продукции.

Возможности внешнеэкономических отношений сдерживаются тем, что на старом, физически и морально изношенном оборудовании большинства наших предприятий невозможно обеспечить высокое качество, низкие издержки производства и высокую степень конкурентоспособности продукции. По результатам анализа основных производственных фондов предприятий, с которыми взаимодействует Министерство промышленности и предпринимательства, износ машин, оборудования составляет около 77% (хотя и снизился с 84,4% в 2002 году). Еще один важный показатель (который раньше использовался) - коэффициент выбытия и обновления основных производственных фондов. К сожалению, он мизерный - 1,9-2,5 (выбытия), 2,4-3,7 (обновления).

Отмечая отрицательное, необходимо видеть и то, что в последние годы принимались меры совершенствования технического оснащения, технологии производства. Приведу несколько примеров: на заводе «Электроцинк» поменялись подходы к определению стратегической задачи производства, экологии, социальной политики. Здесь разработана и реализуется программа технического и финансового оздоровления предприятия инвестиционной емкостью в сотни миллионов рублей. Вагоноремонтный завод после полной реконструкции станет современным предприятием. На «Газоаппарате» ведутся работы по налаживанию производства отопительных котлов, не имеющих аналогов в России, а также новых моделей бытовых плит. Новое оборудование на фабриках: Дигорской гофрокартонной, «Моздокские узоры», «Картон Моздока» и других предприятиях.

Но встают перед нами острые проблемы сбыта, спроса, реализации произведенной продукции.

Наиболее гибкими, мобильными являются здесь малые предприятия, которые способны вершить великие дела в технике, технологии, поиске Новых рынков сбыта. Поэтому особые надежды следует возлагать на развитие малого предпринимательства, на его потенциал в поисках новых техники, технологий. Об этом свидетельствуют многочисленные примеры участия этих предприятий в выставках, конкурсах, завоеванные ими награды. Несколько примеров.

Агрофирма «Казбек» оснащена современным немецким оборудованием. Ее продукция (соки и нектары) признавалась самой лучшей на крупнейших общероссийских и международных выставках.

ЧП «Гусанов» - современное мебельное производство. Использует собственные средства и привлеченные частные инвестиции. «Дагстрой» - под руководством Игоря Гусиева - для укрепления наиболее опасных изгибов рек выпускает блоки гидротехнических сооружений и акваденты треугольной формы. В декабре 2004 года в конкурсе «Всероссийская марка (III тысячелетие). Знак качества XXI века» удостоен двух золотых медалей в номинации «Новые технологии».

Невозможно всех охарактеризовать, но сами имена о многом говорят: «Изольда», «Грация», «Чико», «Фат», «Да», «Ирстройпрот ресс», Ирафская швейная фабрика. «Ираф-агро» и т. д. А известный всей республике и за ее пределами «Баспик» (профессор С. Кулов), фирма «Экономэнерго» С. Шанаева, принесшая республике огромный экономический эффект. Малое предпринимательство имеет большой технико-технологический, инновационный потенциал и, соответственно этому, должны быть внимание и поддержка его в разных формах и направлениях.

Непременное условие конкурентоспособности предприятия - его рентабельность. Нерентабельное, убыточное предприятие - кандидат в банкроты, а не конкурент в рыночных отношениях. Есть понятие конкурентоспособности не только по качеству, но и по издержкам производства (себестоимости). Лучший вариант, когда соединяются обе эти составляющие, - производить продукцию высокого качества с минимальными издержками.

Но можно выигрывать за счет одного из них - низких издержек. Пример - Китай, который заполонил рынки мира своими товарами не всегда высокого качества, но зато дешевыми, произведенными с малыми издержками за счет дешевой рабочей силы.

Экономика же Северной Осетии уязвима из-за неудовлетворительного финансового положения предприятий. На 1 января 2005 года сальдированный финансовый результат составил минус 937,1 млн. рублей (737,6 млн. - прибылей, 1374,7 млн. - убытков). Всего по всем отраслям экономики республики превышение кредиторской над дебиторской задолженностью составило 1 млрд. 200 млн. рублей, просроченная задолженность по ссудам - 241,5 млн. рублей. Как могут быть конкурентоспособными сельскохозяйственные предприятия, где просроченная кредиторская задолженность составляет 535,7 млн. руб., а по кредитам - 112,6 млн. руб.?! Необ-ходимо оговорить и то, что приводимые данные неполностью отражают реальную картину, потому что органами статистики не учитывается теневая экономика, наличие на многих предприятиях т. н. «двойной бухгалтерии». Например, по официальным данным, в общественном питании на 1.01.05 года получили 0,0 прибыли и 0,1 убытков (в млн. рублей). Кто может поверить, что многочисленные частные рестораны, кафе и т. д. работают, не имея прибыли?! В связи с этим возникает проблема контроля за учетно- статистической деятельностью предприятий. У нас для этого достаточно контролирующих органов, но эта работа просто запущена. Или ведется опять в духе теневой экономики.

Решение вопросов, о которых до сих пор говорим, упирается в проблему инвестиций. Источником инвестиций является прибавочный продукт (или прибавочная стоимость) и составные его (или ее) части, а также средства амортизационного фонда:

а) собственные средства предприятий - децентрализованные инвестиции за счет прибыли. Как показано выше, возможности их в республике весьма слабые;

б) банковские кредиты. Но они дороги, сложно их получить;

в) централизованные инвестиции за счет федерального и республиканского бюджетов. Они есть, но весьма ограниченны;

г) частные инвестиции, но требуются стимулы для их привлечения.

Следовательно, в целом возникает масштабная проблема инвестиционного климата, инвестиционной привлекательности, конкурентоспособности республики.

Одним из инструментов оценки любой деятельности служит сравнение-рейтинг, позволяющий получить объективную информацию, прошедшую аналитическую обработку. Такой рейтинг по инвестиционному потенциалу и инвестиционному риску (привлекательности) дается по регионам РФ журналом «Эксперт» (№ 45, за 2004 год). Рейтинги РСО-А но инвестиционному потенциалу и инвестиционному риску: по инвестиционному потенциалу в 2003- 2004 годах республика заняла 64 место среди 89 субъектов Российской Федерации (потенциалы: трудовой - 58, потребительский - 66, производственный - 72, финансовый - 68, институциональный - 70, инновационный - 70, инфраструктурный - 81, природ- но-ресурсный - 58). Велик и ранг инвестиционного риска - 79 (в том числе по видам: законодательный - 20, политический - 70, экономический - 55, финансовый - 80, социальный - 75, криминальный - 87,экологический - 22).

Как видим, неплохо мы выглядим по законодательству, экологии, социально-экономически, но подводит нас финансовый, и особенно риск криминальный.

По Южному Федеральному округу только два субъекта - Краснодарский край и Ростовская область, по мнению экспертов журнала, входят в состав регионов с наиболее «инвестиционно активным» аппаратом управления, а Северная Осетия вместе с национальными республиками относится в состав регионов с наименее «инвестиционно активным» аппаратом управления. По рангу объема инвестиций на одного чиновника наши управленцы за 1999- 2003 годы занимают 75 место среди субъектов Российской Федерации.

Наличие «человеческого капитала», научно-интеллектуально- го, образовательного потенциала - важнейшее условие конкурентоспособности народа, республики. По уровню образованности Северная Осетия входит в пятерку лидирующих регионов России. Стал обыденно банальным факт: республика наша располагает огромным научно-интеллектуальным потенциалом. Так ли это? И да, и нет. Не так все просто, как кажется. У нас образование с серь-езным «флюсом» гуманитарно-филологическим, историческим, экономическим, юридическим. При всем уважении к этим специалистам, не они определяют научно-технический прогресс и конкурентоспособность материального производства республики. Мы потеряли за последние 12-13 лет массу инженерно-технических кадров.

Запустили начальное профессионально-техническое образование. Недавно на заводе «Электроконтактор», да и не только на этом предприятии, выразили озабоченность тем,кто встанет за станок, если уйдут старые рабочие. Что делать? Расширять подготовку инженерно-технических специалистов, рабочих кадров. Сдвиги в этом направлении есть. Жизнь заставит: спрос вызовет соответствующее предложение. Закрывать экономические, юридические факультеты? Проще всего - закрыть. Но их существование, коммерческий прием на эти и другие специальности - источник пополнения финансовых ресурсов вузов для капитального, текущего ремонта, оплаты платных услуг (вузы финансируются из бюджета в основном только на заработную плату и стипендии). Целый клубок противоречий в обществе. Нет места в республике для юристов, экономистов и т.д. На этом рынке труда явное превышение предложения над спросом, жесткая, жестокая конкуренция. Создается нездоровая социальная обстановка: интриги, выдавливание, стремление любыми способами, в том числе с помощью взяток, устроиться на работу. У каждого своя логика: а почему не я? Тому, кто рядом учился хуже, солидный дядя помог, устроил, чем я хуже? И т.д. Большинство в конечном итоге не могут реализовать себя по полученной специальности - неудовлетворенность, невостребованность, разочарования... Размотать эту систему противоречий очень сложно и вряд ли удастся в ближайшее время. Жизнь будет вносить (уже вносит) свои коррективы, но эту объективную тенденцию надо дополнить исполнительными решениями по совершенствованию структуры образования. Это уже бесспорный факт. Но в образовании проблема не только и не столько в количестве, структуре, а в качестве подготавливаемых специалистов. А это определяет рейтинг, степень конкурентоспособности как способ выживания в условиях реформы образования в целом, в том числе в системе высшей школы. Многие студенты, выпускники СОГУ учатся в престижных университетах Европы и Америки, работают во многих странах. Это касается и Северо-Кавказского горно-металлургического института (технологического университета), Горского агроуниверситега, Медицинской академии. Кроме того, в наших вузах ведется огромная научно-исследовательская работа. Получены сотни патентов, авторских свидетельств на открытия, изобретения. Но научный потенциал вузов неудовлетворительно используется, в должной мере не востребован. Вузы предоставлены сами себе в плане технической, технологической, производственной реализации научных разработок. Было бы неплохо во властных структурах (Министерство образования и науки) заняться основательно ревизией того, что есть в вузовской науке, что можно реализовать, профинансировать, от чег-0 отказаться. Тем более, что к вузовскому образованию сегодня ест, много вопросов, особенно по качеству подготовки специалистов.

Проблема конкурентоспособности касается не только образовательных организаций (школ, профессионально-технических училищ, техникумов, вузов, преподавателей, профессоров, студенчества), но и других учреждений непроизводственной сферы (так называемых бюджетных организаций), По качеству оказываемых населению социальных услуг. Это обусловлено тем, что все в большей степени будет устанавливаться зависимость заработка в этих учреждениях от результатов труда. В основу новой системы оплаты труда будут положены принципы, направленные на стимулирование работника к повышению качества услуг в социальной сфере в условиях борьбы за потребителя. Реформа в этой сфере предполагает максимум самостоятельности руководителя бюджетной организации. Он сам сможет распределять средства, чтобы стимулировать наиболее ценных работников и привлекать нужные кадры со стороны.

При этом финансирование самих Учреждений будет производиться не по сметному принципу с учетом штатного расписания, а на основе нормативов бюджетных рас\0дов на оказание государственных социальных услуг. При этом будут внедряться принципы госзаказа и конкуренции за его получение.

А теперь я хотел бы сделать неожиданный, на первый взгляд, не совсем логичный поворот в своих размышлениях, а именно рассмотреть наш менталитет (взгляды, традиции, привычки, устоявшиеся стремления и т. д.). Рассмотреть наш менталитет как социально-экономическую категорию: в какой мере он способствует или тормозит ускорение социально-экономического развития? Не правда ли интересная тема: менталитет и степень конкурентоспособности?

Прежде всего хочу начать с такой составляющей менталитета, как иждивенчество, многие десятилетия насаждаемое административно-командной системой общества, огосударствлением экономической, социальной, политической, духовной жизни: привычка уповать на доброго дядю, генсека, секретаря обкома, мэра города и т.д.

Но сейчас страна другая, жизнь изменилась неузнаваемо, наступили суровые времена жестких, даже жестоких рыночных отношений, когда для того, чтобы занять в обществе определенное место, получить соответствующую долю от общественного продукта, необходимо иметь высококвалифицированную конкурентоспособную рабочую силу. В реальности же недостаточно осознаются эти изменения, и хотя социально-экономические отношения изменились, менталитет инерционно сохранил свою консервативность: люди продолжают ждать, что все их житейские вопросы решит власть.

Еще одна черта, которая мешает нам двигаться вперед, умножать человеческий капитал, - отсутствие критического взгляда на себя, на свою деятельность. У нас есть, кем гордиться: своими старшими, предками и в труде, и в военных делах. Но вместе с гордостью за предков (это неплохо) еще необходимо работать, работать упорно, чтобы приумножать славу прошлых и нынешних поколений соотечественников - иронау куыд фæзæгъынц: «Дæ хистæртæ рухсаг, дæхæдæг мын бæзз». К сожалению, многие молодые люди не всегда считают достойным работать газоэлектросварщиком, слесарем-сантехником, бульдозеристом и т. д., привести в порядок заросший амброзией приусадебный земельный участок, вырастить на нем продукцию для себя, собственного потребления, и в то же время жалуются на свою судьбу, на власть и ждут, когда кто-то обеспечит им эти блага. Разве менталитет иждивенчества- только этическая, нравственная категория, а не экономическая? Думаю, не в меньшей мере. Так давайте начнем с изменения мен-талитета, памятуя, что пока мы будем такими, как сейчас, мы никогда не станем нормальной страной, способной конкурировать в условиях мировой глобализации.

Известный экономист, социолог Торстен Веблен (1857- 1929) в своей книге «Теория праздного класса» вывел теорию под названием «эффект Веблена», суть которого заключается в следующем: после того, как люди получают возможность удовлетворять свои основные материальные потребности, их поведение начинает определяться «законом демонстративного расточительства». Речь идет о богатой части населения, они приобретают не просто товар, а престиж, обусловленный обладанием этой вещью (домом, машиной, дорогой шубой и т.д.). В связи с этим есть такая закономерность - доход является средством, формирующим человеческий выбор, свободу выбора и множество вариантов для достижения выбранной цели. Но позитивное воздействие дохода на человеческое развитие ослабевает по мере его роста (принцип «убыва-ющей предельной полезности дохода»). Это при прочих равных условиях, в том числе при уровне духовности как постоянной или убывающей, уменьшающейся величине. И тогда начинаются, в условиях пресыщенности, демонстрация богатства, непроизводительное, расточительное потребление (строительство уродливых домов - нагромождение кирпичей, других строительных материалов, престижных предметов роскоши), и тем самым часть материальных ресурсов, капиталов отвлекается от производительного использования путем создания малых и других предприятий. А самое главное - наносится ущерб «человеческому» капиталу.

А наши иногда купеческие застолья, свадьбы, юбилеи с приглашением огромного числа народа (до 1000 и больше), неразумных размеров потребление? Это разве уровень культуры, интеллигентности? В Европе нашего излишества, неразумного обилия не увидишь, хотя всего, что необходимо человеку, на столах бывает достаточно. Там никто не выставляет свое богатство напоказ, не демонстрирует свое материальное превосходство над другими, хвастаться этим считается дурным тоном. Меня здесь интересует не морально-нравственная сторона, а экономическая, тормозящая наше социально-экономическое движение, ослабляющая наш кон-курентный потенциал.

Мы рассмотрели только некоторые вопросы конкурентоспособности республики. Жизнь ставит перед нами неоднозначные проблемы, и ответы, соответственно, должны быть неоднозначными. Часто достоинство (это плюс) превращается в иной плоскости в свою противоположность - минус, и наоборот. Такова диалектика. Мы должны ставить перед собой цели, задачи более высокого уровня с учетом изменяющихся условий деятельности, а значит, планка может быть выше, чем мы привыкли. Но для этого надо приложить усилия. Каждому. И всем.

В федеральном центре в последнее время все чаще высказывается мысль о необходимости введения внешнего федерального управления в тех субъектах, которые сами не в состоянии себя обеспечить, являются дотационными. И это вызывает далеко не однозначную реакцию.

Мы обычно употребляем термин «внешнее управление», когда речь идет об отдельных предприятиях. А вот применение его к целым регионам для нас ново и пугающе, несмотря на то, что сейчас действительно пока не ясно, каким может быть механизм реализации в отношении целого субъекта данного принципа. Но тут стоит, на мой взгляд, более основательно проанализировать само понятие дотационности, его причины и последствия.

Показатель дотационности неполно характеризует межбюджетные отношения субъектов и федерального центра. Глубинные, сущностные процессы более сложны и противоречивы. Поэтому нельзя абсолютизировать этот важный показатель. Тут необходим учет и ряда других детерминантов межбюджетных распределительных процессов.

Представитель Президента РФ в ЮФО Д.Козак в одном из своих недавних выступлений заявил, что 10 из 13 субъектов округа высокодотационны. Если понимать под догационностью долю безвозмездных перечислений из федерального бюджета в общей сумме доходов региональных, то она составила за 2004 год (в процентах): в Дагестане - 79,5, в Ингушетии - 88,1, в Кабардино-Балкарии - 65,6, в Карачаево-Черкесии - 64,5, в Северной Осетии - 60,7.

Да, действительно, немало. Но если пользоваться этим принципом, то к числу дотационных отойдут и такие финансово благополучные регионы, как Краснодарский, имеющий 11,4% федеральных поступлений в бюджете, и Ставропольский, куда из центра приходит 28,5%. И это при том, что, к примеру, Краснодарский край из 83,9 млрд. рублей собранных налоговых поступлений отдает в федеральный бюджет более 30 млрд. рублей, а получает обратно в виде дотаций гораздо меньше.

Поэтому, и это хочу подчеркнуть особо, при выстраивании межбюджетных отношений необходимо учитывать, кроме вышеназванных, и другие составляющие. К примеру, не может быть одинаковым но абсолютной сумме и на душу населения взнос субъектов в федеральную казну. Здесь действуют многочисленные факторы, часто независимые от усилий региона: природный, производственный потенциал (многие десятки созданных или несозданных предприятий, переставших действовать, как, например, разваленный мощный военно-промышленный комплекс в Северной Осетии по объективным обстоятельствам - из-за резкого падения спроса на продукцию), а также структура экономики, населения и т.д. Это - во-первых. А во-вторых, при прочих равных условиях надо учитывать и то, сколько на душу населения вносит субъект в федеральный бюджет и сколько по тем же критериям получает из него. На душу населения взнос нашей республики в несколько раз больше, чем многих национальных республик, наших соседей. Получаем же мы столько, сколько они, или даже меньше.

Есть еще один экономико-финансовый парадокс. Чем больше регион вносит в федеральный бюджет, тем солиднее должны быть безвозмездные перечисления в него. И, следовательно, тем выше становится степень его дотационности.

На мой взгляд, назрели и серьезные изменения в методике определения сумм трансферов. Сегодня, к сожалению, их суть такова. Чем лучше работает регион, имеет более высокие социально-экономические показатели, тем меньше размеры поступающих из федерального центра перечислений.

Северная Осетия задание по мобилизации налогов, сборов и иных обязательных платежей в бюджетную систему РФ выполнила за 2004 год на 104,6%, в том числе в федеральный бюджет - на 105,1%.

Как отмечается Межрегиональной инспекцией Федеральной налоговой службы (ФНС) по ЮФО, РСО-А входит в число 5 субъектов округа, которые справились в 2004 году с выполнением заданий по всем платежам, во все уровни бюджетов и во внебюджетные фонды. И при этом назвать Осетию благополучным в финансовом плане, самодостаточным регионом все равно нельзя. Нельзя по нескольким причинам. Слишком значительна доля вливаний из федерального бюджета. Дефицит собственного на нынешний 2005 год составляет более 600 с половиной миллиона рублей.

Да, проблем в финансовой обеспеченности Осетии еще много. И эта наша финансовая уязвимость есть, прежде всего, следствие уязвимости экономики республики, ее структуры, масштабов. темпов роста, доли теневых экономических отношений, коррумпированности, широко распространенной «двойной бухгалтерии» и т. д.

Естественен вопрос - что делать? Ответ на него прост и одновременно сложен. Есть три варианта решения проблемы. Первый - это более полный и, главное, справедливый сбор налогов и взно-сов, поиск дополнительных источников пополнения доходной части бюджета (они есть, препятствуют их охвату определенные силы, группы, руководствующиеся прежде всего, а иногда и только собственными интересами). Второй - жесткий контроль за использованием расходной части бюджета, исключение или хотя бы уменьшение фактов злоупотребления, необоснованных трат и потерь. Для этого у нас достаточно контролирующих органов. Но прежде всего сами эти органы должны работать в интересах общества.

И третий и главный - дальнейшее расширение налогооблагаемой базы - ускорение темпов экономического роста, совершенствование структуры реального сектора экономики, увеличение в валовом региональном продукте доли конечной готовой продукции, а не комплектующих к ней с высоким удельным весом добавленной стоимости. И еще. Надежный и быстро дающий реальную и солидную отдачу способ (конечно, в совокупности с другими вышеперечисленными) - всемерная поддержка, расширение, развитие малого предпринимательства, наиболее динамичного, подвижного, неконсервативного сектора экономики.

Если мы вступим на путь реального выполнения всех этих задач, он нас приведет к главной цели - превращению Осетии в самодостаточную республику.


Литература

1 Россия и Кавказ: история и современность. Владикавказ, 2004.

2 Ступени развития (Северная Осетия в 1998-2004 гг.). Владикавказ, 2005.

3 Южный Федеральный округ 2004. Социально-экономические итоги. Ростов-на-Дону, 2005.

4 Социально-экономическое положение Республики Северная Осетия-Алания. Январь 2005 года. Владикавказ, 2005.

5 Закон РСО-Алания. Об исполнении республиканского бюджета Республики Северная Осетия-Алания за 2004 год. «Северная Осетия». 17 августа, 2005.

6 Социально-экономическое положение Республики Северная Осетия-Алания в 1 полугодии 2005 года. «Северная Осетия». 26 августа, 2005.


Источник:
Кавказоведение: опыт исследований
Материалы международной научной конференции (Владикавказ, 13-14 октября 2005 г.). Стр. 165 - 182.
при использовании материалов сайта, гиперссылка обязательна

Похожие новости:

  • Дотационность республик Северного Кавказа в контексте их политико-экономической субъектности
  • Проблемы и перспективы социально-экономического развития Южного Региона
  • Полпред президента в СКФО намерен развивать инфраструктуру Северного Кавказа
  • Первые лица Министерства сельского хозяйства и продовольствия Республики Северная Осетия-Алания включены энциклопедию «Лучшие люди России»
  • По индексу промышленного производства в ЮФО лидирует Адыгея
  • За неделю в Южную Осетию из России вернулись более двух тысяч беженцев
  • В Грозном обсудили перспективы экономического развития Чечни
  • ФНС России восстанавливает лицензии на производство спирта
  • Информация

    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

    Цитата

    «Что сказать вам о племенах Кавказа? О них так много вздора говорили путешественники и так мало знают их соседи русские...» А. Бестужев-Марлинский

    Реклама

    liex

    Авторизация

    Реклама

    Наш опрос

    Ваше вероисповедание?

    Ислам
    Христианство
    Уасдин (для осетин)
    Иудаизм
    Буддизм
    Атеизм
    другое...

    Архив

    Ноябрь 2018 (3)
    Октябрь 2018 (3)
    Сентябрь 2018 (2)
    Август 2018 (8)
    Июль 2018 (2)
    Июнь 2018 (10)
      Осетия - Алания